Иванова Екатерина. «Христианский взгляд на частную собственность»

Существуют различные взгляды на частную собственность в православии, католичестве, протестантизме и в других христианских течениях. Поэтому в данном докладе будет представлена точка зрения православия, в особенности как этот вопрос рассмотрен в Евангелиях.


Согласно «Социальной концепции Русской Православной Церкви» под собственностью принято понимать признанную обществом форму отношения людей к результатам труда и естественным ресурсам. [4]
Основные причины появления собственности носят не столько объективный, сколько морально-психологический характер и, в частности, это связано с грехопадением. В состоянии невинности человек не знал собственности: все, что было на земле являлось общим достоянием. Грехопадение привело к появлению притязаний и таких страстей, как сребролюбие и любостяжание. Общие блага сделались предметом непрерывных раздоров, споров и войн.

Внешние экономические условия для появления собственности не являются безусловно достаточными. Более глубокие причины ее появления лежат в сознании человека. Существенный признак собственности вносится внутренним постановлением предела, препятствия для другого. Причины зарождения и становления института собственности не связаны с тем минимумом средств, который нужен для поддержания жизни. Главный стимул исходил сначала из различий и зависти, связанных с уровнем благосостояния. [8, С. 161-162]

 

По учению Церкви, только Бог является истинным и полным обладателем всех земных благ. Такое представление принимается в качестве исходного и теми, кто говорит о совместимости веры и собственности, и теми, кто ее отрицает. Все, чем владеет человек он получил от Бога. Ничто внешне не бывает абсолютной собственностью, человек выступает только временным собственником. Таким образом, человек выступает скорее пользователем, в некотором смысле «менеджером» вверенных ему материальных ценностей. Как распорядитель и приумножатель дарованной ему собственности, человек несет ответственность за правильное в религиозном смысле пользование ею. [8, С. 163]

 

Священное Писание не только признает право человека на частную собственность, но и осуждает посягательство на нее. Четко и определенно это проявилось еще в древнем учении. В заповедях Десятисловия говорится: «Не кради». Любая кража должна быть компенсирована, а укравший наказан: «Таковы пути всякого, кто алчет чужого добра: оно отнимает жизнь у завладевшего им» [1, Прит. 1:19]. И еще: «Не спускают вору, если он крадет, чтобы насытить душу свою, когда он голоден; Но будучи пойман, он заплатит всемеро, отдаст все имущество дома своего» [1,Прит. 6:30-31]. Даже желание чужого имущества вменяется в грех: «Не желай дома ближнего твоего; …на раба его, ни рабыни его, ни вола его, ни осла его, ничего, что у ближнего твоего» [1, Исх. 20:17].

 

Но только внешние, материальные блага не могут дать человеку истинного смысла жизни. Если они становятся главной целью человеческого существования, то такая жизнь ведет к порабощению и потере духовной свободы. Для человека эти блага перестанут быть таковыми. И было бы в корне неверно считать, что христианство совершенно пренебрегает материальной стороной жизни. Сами вещи – творения Бога, и потому в них нет зла, «ибо Господня земля, и что наполняет ее» [1, Кор. 10:26]. Имущество, собственность, богатство не могут быть чем-либо плохим, так как Бог не создал ничего плохого. Человек совершает грех, если злоупотребляет тем, что Бог сотворил во благо. Вещь становится благом, если используется по назначению и в соответствии с настоящей целью жизни. Христианство осуждает не обладание и пользование благами, имуществом, а иное внутреннее отношение ко всему этому человека. [6, С. 87]

 

Данный тезис подтверждает Нагорная проповедь Господа Иисуса Христа. В ней Христос предлагает Своим слушателям следующую дилемму и путь ее разрешения. «Никто, – говорит Он, – не может служить двум господам: ибо или одного будет ненавидеть, а другого любить; или одному станет усердствовать, а о другом нерадеть. Не можете служить Богу и мамоне (богатству). Посему говорю вам: не заботьтесь для души вашей, что вам есть и что пить, ни для тела вашего, во что одеться. Душа не больше ли пищи, и тело одежды? Взгляните на птиц небесных: они ни сеют, ни жнут, ни собирают в житницы; и Отец ваш небесный питает их. Вы не гораздо ли лучше их? Да и кто из вас, заботясь, может прибавить себе росту хотя на один локоть? И об одежде что заботитесь? Посмотрите на полевые лилии, как они растут? Ни трудятся, ни прядут; но говорю вам, что и Соломон во всей славе своей не одевался так, как всякая из них. Если же траву полевую, которая сегодня есть, а завтра будет брошена в печь, Бог так одевает, кольми паче вас, маловеры! Итак не заботьтесь и не говорите: «что нам есть?» или «что пить?» или: «во что одеться?» Потому что всего этого ищут язычники, и потому что Отец ваш небесный знает, что вы имеет нужду во всем этом. Ищите же прежде Царства Божия и правды Его, и это все приложится вам» [1, Мф. 6: 25-33].

 

В этом фрагменте Нагорной проповеди речь идет не о бесполезности человеческой деятельности во всех сферах жизни, а о бесполезности и даже пагубности придачи ей некоего универсального значения. «Ищите прежде Царства Божия и правды Его и это все (то есть и экономическое процветание общества, и частный коммерческий успех, и т.д.) приложится вам». Таким образом, главным должна стать забота о вечном и непреходящем, тогда успех будет сопутствовать во временном и тленном. [5, С. 113]

 

Как говорит Иоанн Златоуст в «Беседах на Евангелие от Иоанна»: «…если мы будет работать мамоне, то не будем уже оставаться под владычеством Божиим. Пристрастие к богатству хуже всякого тиранства: удовольствия не доставляет никакого, а порождает заботы, зависть, коварство, ненависть, наговоры и бесчисленные препятствия к добродетели, – беспечность, распутство, любостяжание, пьянство. А это и свободных делает … рабами …ужаснейшей из страстей и болезней души. В особенности пагубно то, что, находясь в столь несчастном положении, мы веселы духом, лобызаем свои оковы и, обитая в темнице, исполненной мрака, не желаем выйти на свет, но привязываемся к злу, и услаждаемся болезнью». [2, Беседа 59]

 

Зачастую исходным пунктом о безоговорочном осуждении Евангелием богатства и собственности являются известные слова Христа: «Горе вам, богатые! Ибо вы уже получили свое утешение. Горе вам, пресыщенные ныне! Ибо взалчете» [1, Лк 6:24-25].

 

В то же самое время евангельский текст дает примеры иного, неосуждаемого богатства. Среди учеников и последователей Христовых есть люди не просто имущие, но и достаточно состоятельные (настолько, что это специально отмечено в тексте). При Нем, помимо «двенадцати», были некие женщины, которые «служили Ему имением своим» [1, Лк. 8:3]. Состоятельным человеком был Иосиф Аримафейский, «знаменитый член совета» [1, Мк. 15, 43], который «также учился у Иисуса» и «сам ожидал Царствия» [1, Мф. 27:57, Мк. 15:43], хотя и тайно, причем богатство его помогло ему дать достойное погребение Телу Иисуса – купить плащаницу для совершения обряда. Не последнюю роль в продолжении погребального обряда сыграли чисто материальные средства и позже, когда Мария Магдалина, Мария Иаковлева и Саломия «купили ароматы, чтобы идти – помазать Его» [1, Мк. 16:1]. Известная состоятельность подразумевается и в случае с женщиной, которая помазала миром ноги Христу и тем самым «доброе дело сделала для Него», ибо миро это оценивается Евангелием немалой суммой в 300 динариев [1, Мк. 14:5-6], а ведь на 200 динариев было можно накормить хлебом пять тысяч человек [1, Мк. 6:37, Ин. 6:7]. Да и милосердному Самарянину именно определенный уровень его материального благосостояния позволил проявить действенную заботу о страждущем. [7, С. 77]


Так что Евангелие вопреки бытующему мнению отнюдь не содержит осуждения собственности и богатства как такового. Оно дает и критерий оценки: «Добрый человек из доброго сокровища выносит доброе; а злой человек из злого сокровища выносит злое» [1, Мф. 12:35]. Безусловному осуждению подлежат неправедно полученные доходы. Классический пример – притча о богатом и Лазаре: богач, использовавший свою собственность расточительно, только для личного потребления, получает загробное наказание, усугубляемое еще и тем, что он должен видеть «на лоне Авраамовом» Лазаря, в земной жизни человека совершенно незначительного [1, Лк. 16:22-31].

 

Неправедны и те люди, которые «возлюбили больше славу человеческую, нежели славу Божию» [1, Ин. 12:43], те, кто надеются на свои сокровища более, чем на милость Божью, и в такой надежде уподобляются неразумным, которые основывают свой дом не на камне, а на песке [1, Мф. 7:24, 26].

 

Последний тезис полностью подтверждает притча о богатом юноше (в прямолинейном своем прочтении всегда служившая только для оправдания идеи полного отрицания собственности в Евангелии). Словами «Продай имение твое…» Господь говорит не столько о том, что он должен был разбросать свое наличное имущество и расстаться со своими богатствами; сколько о том, что он должен был выкинуть из своей души только (ложные) мнения относительно богатства, перестать о беспокоиться о своем имуществе, «устранить со своего пути эти терния жизни, заглушающие собой семена Слова». Потому что без отношения к вечной жизни любая собственность, имущество, богатство теряет смысл. Отречение от собственности не означает, что человек автоматически становится наследником вечной жизни. «И это не новое что-либо, от богатства отрекаться и оное нищим или бедным раздавать; многие это делали и до пришествия Спасителя. Одни из-за того, чтобы досужнее было заниматься науками и мертвой мудростью, другие из-за хвастовства и тщеславия, как например Анаксагор, Демокрит». [3, Глава 11]

 

В Евангелии от Матфея сказано: «Трудно богатому войти в Царство Небесное … удобнее верблюду пройти сквозь игольные уши, нежели богатому войти в Царство Божие» [1, Мф. 19:23-24]. Марков текст, в отличие от текста Матфея и Луки, подчеркивает не столько дидактический момент в рассуждениях Христа, сколько искреннее сокрушение Его о богатых и вносит в рассматриваемый сюжет существенное дополнение: «Ученики ужаснулись от слов Его. Но Иисус опять говорит им: дети! трудно надеющимся на богатство войти в Царствие Божие!» [1, Мк. 10:23]. Именно в этом – в надежде на богатство – корень проблемы. [7, С. 77] И если это препятствие окажется преодоленным, то спасение богатого собственника становится вполне реальным, ибо «невозможное человекам возможно Богу» [1, Лк. 18:27, Мк. 10:26-27].


Однако возможность этого спасения для состоятельного человека обусловлена рядом обстоятельств, которые делают богатство богатством праведным. «Сотворите… достойные плоды покаяния», – говорил еще Иоанн Креститель; дай неимущему от избытка своего, не присваивай чужого, если имеешь дело с деньгами, довольствуйся своим жалованьем [1, Лк. 3:8, 11-14]. Христос добавляет: «подавайте милостыню» и «тогда все будет у вас чисто» [1, Лк. 11:41], «просящему у тебя дай», «от хотящего занять у тебя не отвращайся» «и от взявшего твое не требуй назад» [1, Мф. 5:42, Лк. 6:30]; твори милостыню тайно, чтобы получить за нее награду не в этой кратковременной жизни, а в жизни будущего века [1, Мф. 6:2].

 

Итак, не следует разбрасывать богатства, которые могут быть полезными для ближних. Потому что собственность и имущество – то, что создано Богом для пользы людей. Богатства и собственность существуют и подчинены людям таким же образом, как материал и орудия. Если можно правильным образом ими пользоваться - тогда они служат на пользу; если же кто не умеет пользоваться ими как следует, тогда они становится орудием неправедности.

 

Назначение собственности служить, а не господствовать. Поэтому нельзя обвинять ее ни в чем; виновен может быть лишь тот, кто выбирает – во зло, или во благо употребить свое имущество или собственность. Человек распоряжается тем, что ему доверили с помощью разума и рассудка. Оттого он должен освобождать от страстей свою душу, потому что именно они затрудняют собой правильное использование собственности. [3, Глава 14]

 

Только душа чистая от страстей, т.е. бедная и обнаженная, может и при богатстве прислушиваться к слову Спасителя: «...приходи, последуй за Мною...» [1, Мк. 10:21]. Потому что тогда Он Сам становится путем для чистого сердцем. В нечистую же душу не входит благодать Божия. А нечист тот, у кого много пожеланий и кто обременяет себя многими мирскими похотями. Поэтому тот, кто владеет собственностью как даром Божиим, и своими богатствами служит Богу, как подателю всех этих благ, то служит ко спасению души. И возможно, что он владеет собственностью больше из-за собратий, нежели ради себя, не является рабом собственности, и постоянно занят какими-нибудь добрыми и Божественными делами. Такого прославляет Господь как блаженного и называет «нищим в духе» [1, Мф. 5:3], достойным наследником Царства Небесного.