Священник Виталий Дементьев. «Строительство и освящение Николо-Богоявленского морского собора».

Николо-Богоявленский Морской собор является одним из самых известных храмов России. Он является прекрасным памятником русского зодчества середины XVIII века, творением выдающихся мастеров, иконописцев, резчиков. История собора и его святынь неразрывно связана с историей и традициями Российского флота.

 

Петербург – город-порт, своим основанием неразрывно связан с морем. Несмотря на то, что Петербург основывался именно как европейский город, он, вместе с тем, с самого начала являл и сохранял духовную преемственность с культурой и древним укладом жизни православного человека. Практически с самого основания города в нем стоились церкви, монастыри. В новый город перешла и традиция создания домовых церквей, монастырских подворий, церквей при государственных и учебных учреждениях, а также при воинских частях. Уже к 1740 году в Петербурге насчитывалось 29 православных храмов при населении в 52 тысячи человек[1].


Вся жизнь этого нового города в первое время сосредотачивалась вокруг главной судоверфи – Адмиралтейства. За эспланадой Адмиралтейства располагалась Морская слобода, где селилось множество людей, трудившихся над рождением мощного флота. Для духовного окормления офицеров и служащих Морского ведомства вблизи Адмиралтейства было выстроено несколько церквей[2]. В 1710 году на Адмиралтейском лугу была сооружена небольшая деревянная церковь во имя преподобного Исаакия Далматского, находившаяся в ведении Адмиралтейств-коллегии. Чуть позже она была перестроена в камне. В 1730 году этот храм перешел в ведение Духовного правления, а приход приписан к небольшой часовне, находящейся в Морской слободе в «светлицах» полкового двора. Она была освящена еще в 1714 году в честь святителя и чудотворца Николая[3]. Эта часовня была единственной на обширном пространстве за Мойкой и поэтому отличалась богатством убранства. Особое почитание святителя Николая в новом городе, создававшемся как центр морского флота страны, было не случайно. Издревле святитель считался покровителем моряков и вообще путешествующих по морю.

 

Однако в скором времени, с увеличением числа морских служащих часовни оказалось недостаточно. И из Адмиралтейства в синод поступило следующее прошение: «При С.-петербургской корабельной команде обретается морских служителей всегда не менее 1000 человек, а иногда и 2000 и больше, и, ради божественного служения, имеется при той команде построенная в светлицах часовня, а для отправления этой службы и других потреб, были прежде определяемы от св. Синода по одному иеромонаху, а ныне определен был белый священник; и при той часовне книги и прочая утварь имеется во всяком удовольствии; также от подаяния служителей, денежный сбор бывает довольный, а церкви Божией не имеется. Того ради адмиралтейств коллегия, представляя, просит, дабы о имении, при показанной корабельной команде, полотняной церкви, во имя св. Николая Чудотворца, и об отпуске подвижного антиминса, и об определении священника, который жалованьем довольствован быть имеет»[4]. В том же 1733 году, вместо часовни была построена полотняная церковь.

В 1743 году ее сменила отдельно стоящая деревянная церковь, в которую, вероятно, были перенесены престол и утварь из разобранной Никольской часовни. Приход церкви был значительным. К ней были приписаны 3384 человека морских служащих, не считая жен и детей. К западу от церкви располагалось морское кладбище. Деревянная церковь просуществовала до начала 1761 года.


Весной 1752 года президент Адмиралтейств-коллегии генерал-адмирал князь Михаил Михайлович Голицын подал императрице Елизавете Петровне прошение: «В воздаяние достойной памяти славных дел флота Российского...» за счет Морского ведомства и доброхотных сборов возвести в граде Святого Петра каменную церковь в честь покровителя моряков — святителя Николая-Чудотворца. 16 июня императрица Елизавета Петровна подписала указ о возведение новой каменной церкви взамен обветшавшей деревянной Никольской церкви[5]. Разработка проекта нового храма была поручена архитектору Адмиралтейств-коллегии Савве Ивановичу Чевакинскому.


Есть предположение, что за образец для строительства был взят Астраханский собор, весьма понравившийся Петру I при посещении нижневолжского града. Он вознамерился построить такой же в Санкт-Петербурге, но преждевременная кончина императора помешала исполнению задуманного. Но, пожалуй, сходство этих соборов ограничивается лишь пятиглавием. Но уже одно то, что планировалось выстроить церковь в пять глав свидетельствовало об определенном развитии и новизне в храмовой архитектуре города, поскольку предыдущие пол столетия храмы строились по образцу Петропавловского собора – одноглавые, зального типа, со шпилем на колокольне. Появление во времена Елизаветы Петровны пятиглавых храмов можно рассматривать как возвращение к древней русской православной традиции[6].


Первый проект собора был подан Саввой Ивановичем в мае 1752 года. Первоначально он планировался значительно меньше нынешнего, но частые наводнения заставили внести изменения, чтобы собор не страдал от излишней воды. Было решено поднять собор, настолько, чтобы во время наводнений пол не покрывался водой. Это заставило изменить и размеры здания, чтобы соблюсти симметрию и пропорции[7].


Измененный проект был одобрен, и 15 июня 1753 года по повелению Елизаветы Петровны архиепископ Санкт-Петербургский Сильвестр (Кулябка) совершил закладку каменного храма. По окончании литургии из деревянной церкви крестный ход во главе с архиереем направился к месту строительства. На торжестве присутствовали президент коллегии генерал-адмирал князь Михаил Михайлович Голицын, все адмиралы и флотоводцы.


Руководил строительством сам архитектор с помощью каменных дел мастера Михаила Алексеевича Башмакова. Савва Иванович Чевакинский предусмотрел постройку православного храма «в два апартамента» (в два этажа) со сводами, имеющего форму равноконечного креста. Здание изящно декорировали колоннами, установленными по три на высоких постаментах. Церковь венчали пять великолепных башен с позолоченными куполами и ажурными крестами, из которых х центральная восьмигранная — чуть выше боковых - четырехгранных. Деньги на постройку было приказано выделить из «мостовых сумм», однако их оказалось недостаточно, поэтому оставшуюся часть взяли из адмиралтейских сумм. Вся церковная утварь также была приобретена Адмиралтейств-коллегией[8].


К 1756 году начались работы по наружной отделке храма. Сложности вызывало изготовление металлических конструкций для глав храма. Для их заказа архитектор лично ездил в Тулу к владельцу железноделательных заводов П. А. Демидову, который оказал всяческую поддержку этому делу. К осени 1760 года на храме были водружены кресты.
В 1755 году, когда стены собора были только выведены под крышу, заблаговременно начались работы по оформлению интерьеров. Чевакинским был сделан эскиз иконостасов верхнего и нижнего храмов и составлен перечень необходимых икон. Написание необходимых икон для иконостаса верхнего храма было поручено Федоту Лукичу Колокольникову[9]. Братья Колокольниковы – Федот, Мина и Иван – были хорошо известны в Петербурге как лучшие живописцы. Они принимали участие в росписи многих храмов и дворцов, писали образа для дворцовой Церкви в Царском селе.


Написание образов для иконостаса нижнего храма было поручено Мине Колокольникову. Ему предстояло написать 42 образа, но сюжеты их были не так сложны и не так велики, как в верхнем храме. Как только строительство было завершено и подготовлен сам иконостас иконы были доставлены в храм и помещены в иконостас. Резные иконостасы, выполненные в едином стиле, для верхнего и нижнего храмов были изготовлены группой адмиралтейских резчиков во главе с Игнатием Филимоновичем Канаевым. Обилие колонн, украшенных гирляндами цветов, каннелюрами, заполненными убегающими вверх ростками, коринфскими капителями перекликаются с пышной наружной отделкой храма. Работа по установке иконостасов была полностью окончена в обоих храмах к середине 1760 года[10].


Иконы написаны на досках в стиле, характерном для убранства Петербургских храмов XVIII века, представляющем собой соединения приемов иконописи со светской западноевропейской живописью. Кроме того в иконостасе верхнего храма ясно читается государственная тема. В правой части иконостаса среди храмовых икон расположен образ св. ап. Петра напоминающего о Петре Великом, а в левой части – находятся иконы небесных покровителей императрицы Елизаветы Петровны – святой Елисаветы; наследника цесаревича Петра Феодоровича (будущего Петра III) – святого Иануария (по дню рождения) и супруги его Екатерины Алексеевны (будущей императрицы Екатерины II) – святой Екатерины, а также икона святителей Климента Римского и Петра Александрийского – на день их памяти приходится восшествие на престол Елизаветы Петровны.


Особым великолепием отличался верхний храм в честь Богоявления. Многочисленные пилоны делили храм на 7 нефов различной длины. В центре храма на ближайшем к иконостасу северном столпе была установлена проповедническая кафедра, с которой в древние времена зачитывались царские указы и объявления о победах русского флота. У другого столпа устроено «царское место», украшенное золотой резьбой и обитое темно малиновым бархатом. Здесь часто бывали русские цари и царицы.


В парусах центрального барабана, вместо традиционного изображения евангелистов помещены Российский императорский герб, поддерживаемый ангелами – в северо-восточном и юго-западном, и вензель Елизаветы Петровны «Е I» - в юго-восточном и северо-западном. Уже позже, в 1830 году, в самом барабане под световыми окнами были написаны изображения четырех евангелистов и четыре живописных сюжета: Преображение Господне, восхождение на огненной колеснице пророка Илии, Воскрешение Лазаря и Исцеление расслабленного.


Привлекает внимание и трехъярусное паникадило. Прямо под ним парит ангел с пальмовой ветвью и венцом в руках. В первом ярусе расположены литые скульптуры Спасителя, Иоанна Предтечи и четырех евангелистов. Высота фигур около 35 сантиметров. Во втором ярусе помещены 6 ангелов, а в третьем – шесть урн с пламенем. Венчает конструкцию стоящий на облаке ангел. Паникадило было привезено из Нюрнберга и было сделано из меди[11]. Золотили паникадило уже в Петербурге.


Одновременно со строительством собора неподалеку от него производилось строительство колокольни. Место для нее было выбрано на западе от собора. Начало работ было положено в 1756 году, и к 1758 году колокольня была завершена и отштукатурена. Тогда же были подняты колокола и установлены часы с курантами. К тому времени колокольня Никольского собора обладала одним из лучших наборов колоколов в Петербурге. 13 колоколов: из которых самый большой, весом 511 пудов 14 фунтов[12], а самый маленький - 1 пуд 24, 5 фунта[13].

 

Нижний храм во имя святителя Николая был освящен архиепископом Сильвестром в царствование Елизаветы Петровны 5 декабря 1760 года, накануне храмового праздника. В тот же день освящен правый предел нижнего храма в честь Усекновения главы Святого Иоанна Предтечи. 20 июля 1762 года архиепископом Санкт-Петербургским Вениамином в присутствии императрицы Екатерины II был освящен верхний храм в честь Богоявления и нижний левый предел в честь новопрославленного святителя Димитрия Ростовского.


Первым настоятелем каменного собора был прот. Иоанн Иоаннович Панфилов. Он был переведен в столицу по инициативе Епископа Сильвестра (Кулябки), который стремился привлечь в епархию образованных клириков. Именно в год его назначения (1952) было решено заменить ветхую деревянную церковь на каменную и как новый настоятель он принят деятельное участие в строительстве собора. Особо современники отмечали его проповеднический талант. 17 марта 1762 года «за труды проповедания слова Божия и за участие в построении, освящении и украшении храма» он был возведён в протоиереи»[14]. Впоследствии он стал духовником императрицы Екатерины II и впоследствии членом священного Синода[15].


С тех пор храм практически не изменился. Все также величественны и торжественны золотые купола и нарядны ряды колонн. Входя в храм, человек оказывается словно в XVIII веке: старинные иконы, золоченые резные киоты, мерцание свечей и лампад. Это уникальный случай, когда храм сохранил прежнее убранство, а с ним и колорит эпохи.

 

 

[1] Антонов В.В. Святыни Санкт-Петербурга. Историко-церковная энциклопедия в 3-х томах. СПб, Т.1, с. 10.
[2] Ивашко М. И. Военные храмы армии и флота России.//Военно-исторический журнал. 2005., № 11. С. 36.
[3] Гуркина Н. К. Храмы святого Николая в городе святого Петра.//История Петербурга. 2008. №2, с. 46.
[4] Цит по. Беляков А. Роль флотского духовенства в воспитании военных моряков дореволюционной России// http://rusk.ru/st.php?idar=40006
[5] Исакова Е. В., Шкаровский М.В. Никольский Морской собор и другие морские храмы Санкт-Петербурга. СПб. 2003. С. 18
[6] Исакова Е. В., Шкаровский М.В. Никольский Морской собор и другие морские храмы Санкт-Петербурга. СПб. 2003. С. 19.
[7] Там же. С. 20.
[8] Там же. С. 22.
[9] Исакова Е. В., Шкаровский М.В. Никольский Морской собор и другие морские храмы Санкт-Петербурга. СПб. 2003. С. 24.
[10] Там же. С. 27
[11] Исакова Е. В., Шкаровский М.В. Никольский Морской собор и другие морские храмы Санкт-Петербурга. СПб. 2003. С. 32.
[12] Пуд равен 16 кг и 300 гр.; фунт – 409,5 гр.
[13] Там же. С. 36
[14] Панфилов Иоанн Иванович//http://www.inform-t.ru/show_bio.aspx_id_103841.php
[15] Исакова Е. В., Шкаровский М. В. Никольский морской собор и другие морские храмы Петербурга. СПб., 2003. С. 18.