Прот. Феодор Гуряк. «Таинствоводство: история и современность»

С глубокой древности (середины 2 и до 5 века включительно) Церковь заботилась не только о подготовке клира, но и о подготовке «рядовых» своих членов. Чиноприем в Церковь совершался через длительную катехизическую подготовку.

 

В первом разряде (слушающих), готовящиеся к Крещению находились несколько лет (чаще всего 3 года). В это время им был открыт доступ к слушанию Священного Писания и проповеди годичного богослужебного круга вместе с верными. Затем они должны были удалиться из общего собрания. Оглашенные второго разряда (готовящиеся к крещению на Пасху) с начала или середины Великого поста проходили интенсивную подготовку по изучению «философии истории» (основные темы Библейской истории), этики и основ вероучения (Символ веры). Чинопоследование нынешнего Великопостного богослужения содержит следы этой древней практики (чтение за вечерним богослужением книг Закона и книги Притч).

 

Мистагогия (тайноводство или таинствоводство) - беседы о церковных таинствах: крещении, миропомазании и евхаристии составляли тематику послекрещальных дней (5-6 дней после крещения на Пасху). Светлая неделя была неделей катехуменов, когда они после ежедневного причащения слушали поучения епископа о таинствах Церкви. Такая практика была обусловлена так называемой disciplina arcani (дисциплиной секретности), имеющей своей целью ограждения Православной веры от искажений.

 

Однако это не единственная причина такой практики. Второй и не менее важной причиной являлась цель педагогическая. Педагогике как и жизни вообще свойственна постепенность: от простого к сложному. Это соответствует и физической и психической природе человека. Церковные педагоги и мистагоги использовали эту особенность человека при вхождении в Церковь. Уже ап. Павел разделяет «молоко» и «твердую пищу» христиан (1 Кор. 3,2). Отцы 3-5 веков сделали этот принцип моделью своих огласительных бесед. Возьмем к примеру тематику мистагогических бесед свт. Кирилла Иерусалимского. Он провел пять таких бесед. Начиная со Светлого понедельника он постепенно, как мудрый педагог, используя естественный интерес ко всему таинственному, уяснял содержание Таинств Церкви.

 

Первая беседа на слова из Первого Соборного послания ап. Петра: «Трезвитесь, бодрствуйте» (1 Петр.5,8) была им умело интерпретирована в контексте недавнего отречения от сатаны. Святитель удачно сопрягает дела, гордыню и служение сатане с современными ему беззакониями: «неистовые зрелища и конские бегания», «ловли с псами и всякая таковая суета», «наглость шутов», «неистовые женоподобных мужей плясания» (Поучение тайноводственное первое, 6). «Птицегадание, чарование, предсказывания, или привески на шее против очес призора, или на листах написания, волхвования, или иные злые хитрости, и другие подобные непотребства, суть служения диаволу. Итак, бегай сего» (там же, 8).

 

Вторая беседа (в Светлый вторник) была посвящена таинству Крещения; третья, в Светлую среду, таинству Миропомазания; четвертая и пятая, в Светлый четверг и Светлую пятницу, были посвящены Евхаристии с подробным объяснением молитвы «Отче наш». Причем эти беседы свт. Кирилл проводил сразу же после причащения. На лицо забота о «доброкачественности» вхождения в Церковь.

 

Почти идентичную Кирилловой практике в Иерусалиме мы находим практику в Милане у свт. Амвросия («О Таинствах» («De sacramentis», «De misteriis»). Весьма схожей с практикой Иерусалима и Милана практика Антиохии у Феодора Мопсуэстийского («Книга для крещаемых»). Правда, Феодор беседы о таинствах Крещения и Миропомазания, а также объяснение молитвы «Отче наш» совершал перед крещением, еще на Страстной неделе. После крещения, на Светлой неделе мистагогические беседы Феодора имели своей целью подробное разъяснение Евхаристии.

 

Если катехизация предполагала прежде всего воцерковление ума, то итогом мистагогической практики должно было стать воцерковление сердца. Любящие сердца пастырей-мистагогов исторгали обилие образов для выражения духовной победы после крещения, но они осознавали и трудности последующей духовной борьбы. Мистагогические беседы свт. Иоанна Златоуста на Пасхальной неделе как раз и предвосхищают духовную брань после крещения. Не случайно Златоуст продолжает свои нравственные увещания и на Светлой неделе и призывает хранить свои белоснежные крещальные ризы незапятнанными («Слово огласительное»).

 

Мы позволим себе сделать осторожный вывод, что Православная вера была не только или даже не столько сформулирована в жарких спорах богословов 4-5 веков, а в огласительных и мистагогических беседах с катехуменами. Закат катехизической и мистагогической практики был обусловлен игнорированием педагогического принципа: к купели стали приносить только детей из-за боязни внезапной смерти ребенка и его вечных мук; вчерашние язычники не могли дать ему достойного христианского воспитания: нередкие обращения свв. Отцов (св. Григорий Богослов и др.) с призывом дождаться хотя бы состояния восприятия происходящего не были услышаны. «Темные века» на Западе, иконоборчество на Востоке, а так же чрезмерное внимание к некатехизическим способам приема в Церковь усугубили ситуацию. Свидетельства Византийских Евхологионов нужно рассматривать скорее с номинальной точки зрения, а не как всеобщую практику. Русь восприняла Византийскую катехизическую практику, находившуюся на закате и скорее формально подходила к этапам оглашения.

Годы государственного атеизма довершили свое дело. Уникальная постперестроечная возможность не была использована в полной мере.

 

Западное общество прошло свой путь: от клерикализма и схоластики, через Возрождение, Реформацию, Просвещение к Новому Времени, подобно этапам катехизации, только без Церкви и оказалось ни с чем. Гуманизм Нового Времени оказался пустым и бессодержательным и вихри кризисов устремились на него, из-за чего всевозможные страхи вызывают новые типы религиозности. С другой стороны, слышаться радостные возгласы не только о смерти христианского Бога (Ницше), но и христианских понятий. Но является ли такой экстримальный секуляризм благом для христианской цивилизации вообще и для каждого человека в отдельности? Потребность в ответах на главные жизненные вопросы толкает человека к поиску, поэтому он с любопытством взирает на всевозможные восточные культы, способные удовлетворить его насущные духовные запросы.

 

Православной церкви есть что сказать современному миру. Принцип поэтапной катехизации и мистагогии Древней Церкви способен послужить образцом для подлинного вхождения в Церковь духовно жаждущих. Но как это возможно осуществить практически?

 

Прежде всего необходимо учитывать тот факт, что восприятие религиозности современным человеком существенно отличается от того который был в древности. Сейчас оно прежде всего личностно ориентировано. Человек после долгих исканий решается постучать в церковную дверь.

 

В постперестроечное время массового крещения наших сограждан церковь не смогла надлежащим образом организовать свою огласительную практику: не хватало храмов и священников; не было навыков организации столь масштабного дела и т.д. Вследствие чего массы крещеных людей оказались вне церковной ограды.

 

В настоящее время крещение взрослых можно было бы предварять огласительными беседами в течение Великого поста (например, по субботним или воскресным дням). Само крещение можно было бы совершить в Лазареву субботу или Великий четверг. Переживание событий страданий, смерти и воскресения Спасителя вместе со всей общиной и причащение на Пасху, а так же обязательное причащение за Литургией в Светлый понедельник и присутствие на тайноводственной беседе помогли бы взрослому человеку действительно войти в Церковь.

 

Педагогический метод в Древней Церкви дает возможность дифференцированного подхода к принятию в Церковь. Его можно распространить и на наших современников, желающих креститься, но не имеющих возможности в силу занятости посвятить подготовке все время Великого поста. В таких случаях можно было бы организовать как минимум две встречи (по выходным) для бесед (одна беседа о нравственной ответственности, вторая - вероучительная), но с непременным использованием молитв Требника, чтобы это были не только просветительские, но и литургические действия (первая беседа: молитвы -на наречение имени, об оглашаемом, запретительные и отречение от сатаны; вторая беседа: сочетание со Христом, исповедание веры и крещение). На них могли бы присутствовать родители в будущем крещаемых детей. В воскресенье литургия, общее причащение и мистагогическая беседа о Таинствах Церкви. Такую практику можно было бы сделать ежемесячной. Однако очень важно чтобы в данном вопросе было единообразие, пусть и с незначительными особенностями. В противном случае будет большим искушением совершить крещение в соседнем храме за несколько минут.

 

Особого осмысления требует институт восприемничества: желательно чтобы Церковь участвовала в подборе восприемников при крещении младенцев или же помогала самим родителям в подготовке к христианскому воспитанию детей.

 

Думается, что подобная регламентируемая вариативность приема в Церковь должна стать заботой высшей церковной власти, однако вариантов не должно быть много, чтобы не обесценивать сам смысл подготовки.

 

Название нашего доклада было использовано в расширительном смысле, как предлог поговорить о чиноприеме в Православную Церковь, который сопряжен с вопросом и о христианизации современной культуры, оторвавшейся от христианства и Церкви. Древняя Церковь сумела преобразить языческую культуру. От того как мы совершаем прием в Церковь будет зависеть будущее культуры, Православной Церкви и всей христианской цивилизации.